Простое воспроизведение фактов и людей составляет задачу протоколиста или фотографа.

Сущность творчества как осмысления, противопоставленная механическому воспроизведению действительности

Парижское откровение в мастерской художника

Я помню тот душный парижский полдень, когда ко мне заглянул фотограф, хвастаясь новым дагерротипом. Рассматривая бездушное изображение знакомого салона, я вдруг осознал опасность механического воспроизведения. Позже, дописывая сцену, где герой признается в любви, я ощутил это особенно остро: мои персонажи требовали не копирования реальных людей, а проникновения в их внутренний мир. Фотографы и стенографисты фиксируют лишь поверхности лиц и фактов – но разве истина скрыта там?

На следующее утро пришел издатель с претензией: «Ваша Маргарита Готье слишком идеализирована!» Вот тогда и прозвучали эти слова. Я объяснил, что писатель – не протоколист, обязанность которого лишь документировать события. Наше призвание – проникать за внешнюю оболочку, выявляя скрытые пружины поступков и ту сокровенную правду, что делает жизнь искусством. Творчество начинается там, где камера завершает свою работу.