Не может быть ни патриотического искусства, ни патриотической науки.

Универсальная природа искусства и науки

Как Гёте отстаивал свободу творчества

Помню, в 1813 году после битвы под Лейпцигом ко мне подошёл молодой поэт, горячо утверждавший, что теперь все немецкие художники обязаны воспевать отечество. Под грохот пушечных салютов я ответил: «Не может быть ни патриотического искусства, ни патриотической науки». Видя его потрясение, пояснил: истинный светоч творчества рождается во внутреннем горниле души, а не по указке границ. Муза не носит мундира – её язык понятен крестьянину Франции и учёному Англии одинаково.

За этим стоял мой опыт: годы наблюдений, как гордыня наций уродует чистый поиск. Патриотизм часто подменяет искренность риторикой, а эксперимент – догмой. Говорю это не из равнодушия к родине, но ведаю: Шекспир не стал бы близок мирам, сотвори он только об Англии. Истинная наука открывает небеса над любым городом, а шедевр, нарисованный патриотом по долгу, мертвеет рядом с полотном, написанным по воле сердца. Только свободное крыло уносит к звёздам.