Если хочешь, чтобы женщина продолжала любить тебя, старайся внушить ей мысль, что в восторге от ее красоты. Будет она в красном платье, хвали красное платье, будет она в платье из легкой материи, говори, что оно идет к ней. Если на ней золотые украшения, скажи, что лично тебе она дороже золота; если она вздумает надеть костюм из зимней материи, похвали ее, что она надела костюм - из зимней материи. Подойдет она в одной рубашке, кричи: \"Ты жжешь меня!..\" - и умоляющим голосом проси ее не простудиться. Если ее волосы искусно расчесаны на две косы, восторгайся, что они расчесаны на две косы; если эти волосы завиты, хвали завивку. Восхищайся и ее руками, в танцах, и голосом, когда она поет; если же она перестанет, заяви сожаление, что она рано кончила. Смотри только не покажись притворным на словах и не наноси смертельного удара выражению своих чувств - своею физиономией: тайная хитрость полезна, но, если ее разгадают, она заставляет краснеть и заслуженно лишает доверия навсегда.

Поддержание любви через искреннее восхищение внешностью

Как слова о красоте стали искусством

Я познавал тайны человеческих сердец в шумных римских садах, где влюбленные гуляли под статуями богов. Однажды мой юный друг Марк поделился мукой: его Лидия становилась холоднее с каждым днем, хотя он осыпал её дорогими подарками. Я же заметил, что подарки лежали без внимания — он никогда не восхищался тем, как сверкает диадема в её волосах или как шелк платья подчеркивает стан. Тогда я открыл ему секрет: «Говори не о своих дарах, а о её сиянии. Хвалить нужно не жемчуг на шее, а шею, что носит жемчуг».

Спустя неделю Марк, сияя, рассказал, как Лидия впервые за месяц засмеялась, когда он искренне воскликнул: «Твои волосы, заплетённые сегодня в косы, — как лучик Гелиоса!» Но предупредил его я и о другом: однажды, увидев, как жеманный юноша кривлялся, произнося комплименты, а дама отшатнулась, поняв ложь. Старая истина родилась вновь: восхищение спасет любовь, но только если идёт изнутри, а не играет на лице. Так родился этот совет в моих записях под шелест оливковых ветвей.