Искренность исповедующегося небескорыстна.
Двойственность человеческой искренности и скрытой выгоды
Как родился афоризм о корысти в исповеди
Однажды, прогуливаясь краковскими улочками, я стал свидетелем сцены у кафедрального собора: священник с недоумением слушал горожанина, пламенно каявшегося в грехах лишь за неделю до крупной ярмарки. Когда мужчина ушел, падре вздохнул: «Всем нужна чистая совесть перед торгом. Скольким я писал отпуст с торговой льготой!» Этот случай зажег мысль. Разве не корыстно людское раскаяние? Мы ищем в исповеди спасения, прощения, душевного облегчения — но выдаем эгоистическую потребность за добродетель.
Позже, наблюдая, как политик кается перед публикой с голосом, полным слез, я окончательно осознал этот парадокс. Самое искреннее признание несет расчёт: вымолить пощаду, уменьшить последствия или приумножить репутацию смирения. Чистая исповедь — абстракция: даже проливая слезы, человек обменивает душевные излияния на эмоциональную монету. Вот почему теперь я твержу — покаяние без дивидендов остаётся лишь романтической сказкой.