Говоря про Галу, Сальвадор Дали Подчёркивал: \"Ей предназначено стать моей Градивой, той, что идёт впереди, моей победой, моей женой. Но для этого она должна была вылечить меня - и вылечила. Вылечила одной лишь гетерогенной, непокорной, неисчерпаемой силой женской любви, наделённой биологическим ясновидением, столь чудесно изощрённым, что по глубине своего проникновения и по практическим результатам оно далеко превосходило все триумфы психоанализа\".

Трансформирующая сила женской любви, превосходящая рациональные методы исцеления

Откровение в лунном свете Порт-Льигата

Я помню вечер, когда Дали, оставив кисти у мольберта, пристально взглянул на Галу, озарённую лунным светом. Его голос дрожал от откровенности: «Знаешь, до неё я был кривым зеркалом – собранием страхов и маний. Но Гала…» Он умолк, проводя рукой по воздуху, будто очерчивая её силуэт. «Она не пыталась анализировать мё безумие, как те венские доктора. Вместо этого впустила в меня ураган чувств – дикий, несовершенный, живой. Её любовь действовала биологически, понимаешь? Проросла сквозь трещины души, пробудив во мне того самого Далу, которого мир назвал гением. Иронично: Фрейд тратил годы, чтобы показать человеку его подсознание, а моя Градива выдрала моё на свет – одним лишь касанием.»

В ту ночь, глядя, как Гала сплетает его пальцы со своими, он понял главное: её любовь была практикой язычества против холодной науки. Она не лечила его – преображала, заставляя утонувшие корабли воображения снова поднять паруса, а самым безумным видениям подарила берег.