Мне кажется огорчительным, что мы, поначалу мудро объявив себя слабым полом, нынче сравнялись в положении с первобытными женщинами, которые целый день гнули спину.

Критика последствий борьбы за равноправие для женщин

Горький плод прогресса в салоне Агаты

Помню тот осенний вечер в нашем литературном кружке. Беседа катилась плавно — о новых машинах, политике, дамских модах. Внезапно миссис Торнтон завела речь о молодых аспирантках, сутками пропадающих в лабораториях, лишенных сна и покоя. Молодежь хвалила их упорство. Я же увидела тень изнуренных лиц. И вспомнила вдруг женщин каменного века, с их младенцами за спиной, гнувшихся над каменными зернотерками весь световой день. Разве для этого мы боролись? — прорвалось у меня. Ирония прогресса ужаснула меня: мы когдато изящно признали себя «слабым полом», получая в ответ рыцарскую защиту и право на хитрую уловку. А ныне? Добившись права трудиться наравне, мы честно впряглись во все тяготы, променяв стратегическую слабость на ярмо первобытного труда без передышки. Это не эмансипация — а трагическое возвращение к безысходности, где женщина лишь работница. Мы получили равенство в рабстве. И эта мысль казалась мне не просто спорной, а глубоко огорчительной.