Терапевтическая сила умственной деятельности
Я помню, как однажды в Ширазе ко мне подошел юноша, глаза которого были полны слез после потери отца. «Господин, – спросил он, – как мне пережить эту боль?». Мы сидели в моей келье среди свитков хадисов и трактатов по астрономии, и я предложил ему неожиданное: «Помоги мне расшифровать эти расчеты движения планет». Сначала он механически чертил круги на песке, но постепенно его лоб покрылся морщинами сосредоточенности. Через два часа, когда схемы обрели стройность, я увидел перемену: скорбь в его взгляде сменилась живым интересом. В этот миг меня осенило – умственный труд подобен целителю. Напряжение мысли не просто отвлекает, а создает новый мир внутри нас, где горечу остается все меньше места. Так родилась истина: погружаясь в познание, человек обессиливает свою печаль.