Все, что несправедливо, оскорбляет нас, если не приносит нам прямой выгоды.

Избирательность морального возмущения

Записки в салоне мадам Жоффрен

Признаюсь, мысль родилась в дымном парижском салоне, где слова витали как узорные мухи. В тот вечер барон де Монтескьё яростно клеймил землевладельца, согнавшего крестьян с наделов. «Возмутительная несправедливость!» – гремел он. Но едва речь зашла о его собственных льготных налогах – тема плавно сменилась на моду. Прямо как королевский шлейф, замаскировавший грязь. Позже, в келье ночного раздумья, я сопоставил: как часто гнев на неправду испаряется, стоит ей услужливо подбросить нам угольев в камин? Золото одеял согревает, а чужой холод внезапно перестает оскорблять. Так родилась горькая формула: мораль граничит с выгодой, а праведный гнев разбивается о крышку собственного сундука.

О, сколько лиц в Версале, неизменно воспламеняющихся при виде беззакония… если фонарь светит соседу! Странная наша натура. Рене Магрит бы сказал: люди рукоплещут «Справедливости», но целуют «Собственную выгоду», смеясь сквозь вуаль лицемерия.