Иногда и добрый Гомер дремлет.

Несовершенство даже величайших мастеров

Как родилась фраза «Иногда и добрый Гомер дремлет»

Я вспоминаю тот вечер в Риме, когда ко мне пришёл дрожащий от сомнений юный поэт. Держа свой свиток, он бормотал: «Я пропустил ошибку в стихе — мой труд ничтожен!» Я наблюдал, как он съёживается под грузом мнимого позора, и вспомнил древнего Гомера. Разве не находили мы в «Одиссее» повторы, будто автор забыл, о чём писал? Разве не спорили философы о противоречиях в битвах «Илиады»? Тогда мои слова родились сами: «Но дружище, разве ты не видишь? Иногда и добрый Гомер дремлет!» В его глазах мелькнуло изумление — великие тоже могут ошибаться? И пусть мир поклоняется слепому сказителю, он создавал шедевры человеческими руками, уставшими за долгие ночи.

С тех пор эта мысль утешала многих авторов. Она не оправдание лени, а напоминание: творчество не храм непогрешимости. Когда студенты кривились над моими грубоватыми сатирами, я лишь повторял: если сам Гомер — столп поэзии — порой клевал носом над строками, значит, наше несовершенство делает искусство живым дыханием, а не холодным мрамором совершенства.