Еще встречаются люди, которые путают индивидуализм и себялюбие. Это значит смешивать два плана: социальный и метафизический. \"Вы разбрасываетесь\". Переходить от одного образа жизни к другому - значит не иметь своего лица. Но иметь свое лицо - эта мысль свойственна определенному уровню цивилизации. Иным это может показаться худшим из несчастий.

Метафизическая суть индивидуализма в противовес социальному себялюбию

Рожденная в парижском кафе: история мысли Камю

Я сидел в «Кафе де Флор» осенью 1950 года, наблюдая за двумя завсегдатаями. Первый — богемный художник, отвергавший условности, — горячо доказывал право на личный путь. Второй, респектабельный буржуа, клеймил его эгоистом. Их спор стал искрой: я вдруг ясно увидел роковую путаницу века. Люди смешивают индивидуализм — метафизическое право быть собой — с себялюбием, социальной слепотой к другим. Это будто сравнивать полет птицы с жадностью крысы! Художник искал не выгоды, а подлинности; его оппонент же защищал удобную безликость толпы. Я записал в блокнот: перескакивать между масками — значит терять лицо. Но осознать это способны лишь те, чья душа доросла до зрелости цивилизации. Для остальных же свобода быть собой останется непереносимым бременем.

Позже, работая над «Бунтующим человеком», я вернулся к тому эпизоду. Различие планов стало ключом: себялюбие живет в социуме, жаждая признания, тогда как истинный индивидуализм рождается из метафизического бунта — смелости сказать «я есть». Цивилизация начинается не с пирамид, а с этого экзистенциального жеста. Но как горько осознавать, что миллионы предпочитают раствориться в «мы», лишь бы не нести крест собственного лица. Их страх — самая выразительная иллюстрация человеческой трагедии.