Да, я знаю. Всех великих людей сначала не признавали; но я не великий человек, и я предпочел бы, чтобы меня признали сразу.

Предпочтение немедленного признания по сравнению с путем непризнанного величия

История одной ироничной правды

Вот уже три часа мы сидели в парижском кафе с мои собратьями-писателями, когда разговор зашел о судьбе непризнанных гениев. Луи, романтик до мозга костей, горячо доказывал: «Неприятие современников — неизбежная участь всех великих умов!» Я слушал, крутя бокал вина, и вдруг понял, как далек от этого идеала. Ведь после смерти плохо видится даже солнце — зачем мне посмертная слава, если можно получить признание при жизни? Когда Луи закончил пафосную тираду, я развел руками: «Да, я знаю. Всех великих людей сначала не признавали; но я не великий человек, и я предпочел бы, чтобы меня признали сразу.» Гробовое молчание, а потом взрыв смеха — все поняли горькую правду в моей шутке.

Эта фраза родилась из честного признания своих ограничений. Я не хочу ждать век, пока критики меня оценят — мне приятно видеть улыбку читателя здесь и сейчас. И пусть потомки назовут это скромностью или юмором, но шелест сегодняшних аплодисментов для меня слаще будущих бронзовых памятников. В этой мысли нет ни капли героизма, только теплая человеческая правда.