Иллюзия идеалов
Я помню тот дождливый вечер в Осло, когда молодой поклонник моего творчества спросил о моих художественных идеалах. Это слово «идеал» прозвучало как нож — столько лет я наблюдал, как люди прячутся за его красивой обёрткой, избегая жестоких реалий бытия. Раздражённо отпив кофе, я ответил: «Пожалуйста, не употребляйте этого иностранного слова „идеал“. Скажите просто, по-нашему: „ложь“». Мой спутник замер, а я пояснил: эта фраза вырвалась из накопленного за десятилетия драматургии разочарования, когда ложные совершенства в пьесах и жизни лишь усиливали человеческие страдания.
Позже я осознал, что в примитивности слова «ложь» скрыта истинная свобода — ведь признание иллюзорности идеалов открывает дверь к пониманию реальности. Мои герои вроде Норы из «Кукольного дома» именно так и поступали, отвергая погоню за несбыточным ради подлинного самоуважения. Этой краткой заменой Ибсен навсегда приковал внимание к опасности идеализации, напомнив миру, что в метафоре «идеала» часто скрывается банальный самообман.