Составляющие счастливой жизни
Вечером 1876 года я сидел в своем кабинете в Хартфорде, разглядывая потрепанный томик Диккенса. Только что проводил друзей после ужина — таких подлинных, с которыми можно молчать час или спорить до хрипоты. Их смех еще звенел в ушах, а на столе остались пятна от вина. За окном метель выла по-новоанглийски, но мне было тепло. Вдруг осознал, как эти моменты перекликаются с моими мыслями: хорошие книги учат невозможному, а друзья поддерживают безумное. Все было бы совершенно, если б не этот вечный зуд совести, вспоминающий старые ошибки. И я набросал в блокноте: идеальная жизнь — словно сон, где чудесные страницы оживают в разговорах душевных товарищей, а наша вина наконец замолкает. Эти строки появились за миг — словно луна из-за туч высветила простую правду, которую прежде скрывала вечная тревога о прошлом.