Лицемер - всегда раб.

Лицемерие как духовное рабство

Как родились слова о лице вере и рабстве

Помню, это случилось во время работы над «Жан-Кристофом», когда я наблюдал парижское общество. В салоне одной знатной дамы собрались люди, громко рассуждавшие о свободе и равенстве. Но стоило войти министру, как их позы перемен ились, а речи наполнили сь лестью. Вечером, размышляя над этой метаморфозой, я внезапно ощутил: эти люди — не приспособленцы, а пленники. Их притворст во стало тюрьмой сильнее каменных стен. Лицемер не может быть свободен — он заложник масок, вечный слуга чужих ожиданий.

Позже, изучая биографии великих, я увидел ту же закономер ность: Брут, предавший прямоту ради политики, окончил дни в отчаянии. Вергилий, вынужденно воспевавший Августа, сжёг «Энеиду». Моя догадка кристаллиз овалась: любое лицемерие — цепь, скованная самим носящим. И тогда я записал в дневнике пять слов, ставшие приговором всем, кто меняет убеждения ради выгоды, забыв, что теряет себя.