Противоречие в следующем. Положим, человек или другое смертное животное живёт только до тех пор, пока не начинается уклон к старости и к тяжести жизни. У человека этот период начинается с 30, 40 или 50 лет, смотря по темпераменту или условиям. Когда начинается у человека жизненная тяга, убьём его безболезненным способом. Врачи уверяют, что такой способ есть. В самом деле, если устроить машину, которая в тысячную долю секунды или ещё скорее (это теоретически возможно) раскрошивает человека на малейшие кусочки, то как это разрушение может ощущать человек? Оно не должно сопровождаться мукой, так как не может отразиться на нервах по своей кратковременности, не может запечатлеться памятью.

Отношение к старости, страданию и гуманной смерти

Решение Циолковского: Уклониться от Уклона к Старости

Как создатель идей межпланетной экспансии, я постоянно думал о предельных вещах — жизни, смерти, будущем рода людского. Мысли о неизбежной старости особенно гнетут, когда видишь, как она превращает сильных в немощных, разумных в забывчивых, а жизнь в тяжкое бремя. Признаки этого печального «уклона», как я его назвал, видны уже у пятидесятилетних, а то и раньше. Это не просто годы, это накопление немощи и боли. Зачем терпеть это? Почему общество считает нормой годы страдания? Мой разум, обращённый к звёздам, искал и земную гармонию. Я уверен: истинный гуманизм — избавить человека от невыносимого падения. Значит, нужно завершать жизнь не тогда, когда природа беспощадно отнимает её по частям, а сразу, без боли, словно гася свет, пока он ещё ярок. Современная наука обязана подарить нам способ: машина, разрушающая всё физическое за мгновение, короче мысли. Так смерть станет актом милосердия, освобождая личность и общество от лишней тяжести. Тогда старость перестанет быть синонимом страха и страдания.