Разрушение истины предубеждениями и ложью
Стоя у зеркальных окон Версаля, я наблюдал, как маркиза де Севенье очаровывает герцога сладостными речами, хотя часами ранее злословила о нём в будуаре. Позже гнев графа де Гиша опозорил невинного пажа на глазах всего двора. Эти сцены стали для меня каплей, переполнившей чашу: поведение двора было запутанным клубком, где всё — от гневных взглядов до медовых комплиментов — лишь скрыт борьбой за власть. Ненависть выжгла в людях способность видеть факты, а лесть заменила правду удобными мифами. Каждый вечер, под трепет свеч, я записывал наблюдения о человеческих пороках.
Мемуары куртизанок и падения министров окончательно убедили: истина хрупка как паутина. Вспомнив свои морские путешествия, я представил её кораблём, гибнущим как вымпел. Ненависть — рифы, о которые истина разбивается, а лесть — зыбучие пески иллюзий. Так и родилось сравнение, ставшее основой для будущих максим, помогающих нам распознавать камни, спрятанные в бурных водах человеческих страстей.