Подавление творчества из-за радикального неприятия лжи и вымысла
Всё началось в юности, когда я обнаружил, сколько фальши скрывается за улыбками знакомых. Каждый подлог, даже невинный, стал казаться мне ножом в спину — я возненавидел ложь страстно и беспощадно. Со временем эта ярость перекинулась на любое отклонение от фактов: я отвергал сказки, иронию, гипотетические «а что если». Мир сузился до того, что можно проверить и доказать. Поначалу я гордился своей кристальной честностью, не замечая, как сохнет родник внутри. Ведь воображение кормится сомнениями и играми, а моя душа ощетинилась как страж у ворот тюрьмы.
Перелом случился, когда я попытался написать рассказ — перо застыло над бумагой. Каждая метафора казалась предательством, любой вымысел — грехом. Я осознал: ненависть к обману выжгла даже плодотворную ложь искусства. Без фантазии реальность стала пустыней с чёткими контурами, но без жизни. Тот день стал надгробием для моих миров, построенных из света и теней. Теперь я вижу — боязнь лжи убила не ложь, а волшебство внутри меня.