Стесняет счастливца присутствие злосчастного, но злосчастного еще больше - присутствие счастливца.

Психологический дискомфорт от контраста между счастьем и несчастьем в отношениях людей

Как родилась горькая истина о человеческой природе

Мы сидели в веймарском саду летним вечером 1805 года, когда острота этого наблюдения впервые поразила меня. Гёте только что получил восторженные отзывы о «Фаусте», его глаза светились вдохновением. Но рядом сидел наш общий друг — разорённый торговец, чьи руки дрожали от подавленных рыданий. Я видел, как Гёте, обычно уверенный в беседах, вдруг замолчал, бессознательно пряча радостную улыбку. Его встревожило страдание ближнего, но ещё болезненнее было видеть, как несчастный, встретив его взгляд, судорожно пытался изобразить одобрение. Атмосфера стала удушающей — будто искренняя радость и подлинное горе физически отталкивались друг от друга.

Позже за бокалом рейнвейна Гёте обронил: «Сегодня я пережил откровение. Знаешь, присутствие несчастного укрощает крылья счастливца, но для самого страдальца вид чужого счастья — словно соль на рану». Он добавил, что на этом контрасте держится вся трагедия человеческого общения — мы невольно становимся зеркалами друг для друга, где радость одного лишь глубже оттеняет горе другого. Именно тогда прозвучали слова о мучительном взаимном стеснении, ставшие позже цитатой, которая и сегодня заставляет нас задуматься.