Слишком горячая и пылкая любовь нагоняет нa нас в конце концов скуку и вредна точно так же, как слишком вкусная пища для желудка.

Умеренность в чувствах

Пир чувств, оставивший горечь

Помню, как в Риме познакомился я с патрицием Марком, чья страсть к супруге Ливии стала городской легендой. Каждый день он осыпал её драгоценностями, устраивал ночные серенады под окнами, требовал постоянного внимания. И вот однажды за ужином, глядя как Марк мрачно отодвигает золотое блюдо с павлиньими языками — изысканнейшее яство, ставшее для него обыденным — меня осенило. Его измождённое лицо отражало ту же пустоту, что и после его любовных экзальтаций: сначала сладостное упоение, затем тошнотворная пресыщенность. Желудок бунтует против избытка драгоценной пищи, душа — против невыносимого накала чувств. Так родилась истина: всепоглощающая страсть, как обжорство, обращается скукой и разрушает самое себя. Я видел, как весы существования требуют равновесия — где нет меры, там остаются лишь ожоги и пустота.