Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку,
Ну как не порадеть родному человечку!

Нравственный выбор между долгом и личной выгодой

Последний рубеж чести: Как рождалась фраза «Гори всё синем пламенем!»

Я помню тот душный вечер в корчме под Киевом, куда наши уставшие роты отступили после прорыва фронта. Механик-водитель Колесников, его жена Маша и их двое детей жались в углу. Комбат внезапно влетел с приказом: «Всё живое в контратаку! Семейных — на передовую!» Колесников побледнел, глядя на бледные лица детей. Тогда старый фельдшер Иваныч хрипло пробормотал: «Эх, бросил бы ты их в окопе...» Вдруг Колесников вскочил, глаза горели безумием: «Чтобы свои продать? Чтобы совесть сжечь? Гори всё синем пламенем, а я на такое не пойду!» Он схватил винтовку и шагнул к дверям один — этот вопль отчаяния ещё долго звенел в моих ушах, став символом непродажной чести посреди всеобщего разложения.