...у гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них - смирение.

Притворное смирение как высшая форма гордости

Рождение зеркала для человеческого тщеславия

Версальские салоны 1660-х годов стали моей лабораторией человеческих страстей. Особенно поразил меня маркиз де В*** - его ритуалы самоуничижения доводились до совершенства: он целовал края одежд королевы, в разговорах ставил себя ниже слуг, а когда гости хвалили его поместья, начинал стонать о убогости владений. Но однажды я заметил, как при каждом его показном смирении уголки губ едва заметно поднимались в торжестве. Это было подлинное откровение: чем униженнее он кланялся, тем выше возносил себя в воображении толпы. Его смиренная поза забирала больше восхищения, чем открытая гордыня кардинала или генерала.

Тогда-то я с горечью осознал: гордость подобна гидра - отрубив главу хвастовства, порождаешь сотни искусных масок. Талантливый лицемер понимает: где прямая гордыня отталкивает, там притворное смирение притягивает. Именно его записал я в «Максимах», видя вокруг армию тех, кто, надев маску кротости, втайне считает себя святыми с чертами божества. Ведь как сладка лесть, замаскированная под презрение к себе - она уже сотню лет остаётся самым тонким оружием в салонных войнах тщеславия.