Кто вспыльчиво руку заносит с мечом,
Грызет тот, раскаявшись, руки потом.

Раскаяние после необдуманных поступков в гневе

Как родилась мудрость о гневе

Случилось это в персидском караван-сарае, где я встретил юношу Али, дрожащего у очага. Ладонь его была изгрызена до крови. Он рассказал историю о том, как неделю назад в пылу спора о наследстве выхватил меч против старшего брата — и смертельно ранил его. Теперь же, оказавшись нищим изгоем, он каждую ночь кусал руки, осознавая невозвратимость поступка. «Это страшнее ада», — шептал он, глядя на свое искалеченное тело. Я осознал тогда: люди забывают, что гнев — словно опьянение, затуманивающее разум. В миг ярости рука сама тянется за оружием, но когда дым эмоций рассеивается, мы видим руины, созданные собой, и раскаяние прогрызает душу глубже любого клинка. Именно так родились строки о тех, кто в порыве чувств калечит жизни, а после грызет в муках собственную плоть.