Человек как основной противник самого себя
Давным-давно, сидя в пыльном кабинете среди кип бумаг, я наблюдал удивительную картину: муха билась о стекло, яростно жужжа и пытаясь прорваться к свету, хотя дверь стояла распахнутой в двух шагах. Эта слепая настойчивость напомнила мне капитана Феоктистова — бравого офицера, который во время маневров неистово ругал тупость командования, не замечая, что карта в его собственном планшете три дня лежала вверх ногами. Когда я указал ему на это, его багровое лицо внезапно побледнело. В ту ночь я долго курил трубку у окна, размышляя, сколько войн проиграно не из-за вражеских штыков, а из-за нашего же упрямства и страха заглянуть вглубь себя.
Под утро пришло озарение: полководца губят не пушки противника, а его собственная самонадеянность. Крестьянина разоряет не неурожай, а вечная отговорка «авось само пройдет». Мы одеваем врагов в мундиры чужих армий, не видя, что безмолвный диверсант давно устроился в нашем сердце. Эту истину записал дрожащей рукой на обороте счёта из трактира, где барон Н. только что продувал последние имение, ругая коварство партнеров, но не собственную жадность. С тех пор повторяю: не робей перед видимыми врагами — сперва заключи перемирие с самим собой.