В чем разница между несчастным случаем и несчастьем? Если, скажем, сэр Гладстон свалится в Темзу, это будет несчастный случай. Но если его оттуда вытащат, это уже будет несчастье.

Политическая ирония и соперничество

Рождение колкости в лондонском салоне

Как-то вечером 1878 года на званом обеде у ледии Честерфилд ко мне обратился молодой парламентарий: «Сэр Дизраэли, объясните наглядно разницу меж несчастным случаем и несчастьем?» Я мгновенно вспомнил Уильяма Гладстона — моего главного оппонента, чьи речи в палате общин доводили меня до бешенства. Темза за окном подсказала ответ: «Видите ли, если Гладстон рухнет в эту реку — это несчастный случай. Но если его достанут живым... вот это будет истинное несчастье!» Гости замолчали на секунду, затем салон взорвался смехом — все поняли мой намёк на то, что для Англии спасение либерала станет национальным бедствием.

Моя колкость уже наутро разлетелась по политическим клубам, а газеты Times перепечатали её как образец парламентского юмора. В этом афоризме слились вековая вражда тори и вигов, личная неприязнь и традиция британской сатиры — ведь лучшая шутка рождается там, где за смехом скрывается горькая правда.