Придя к убеждению, что "в мире нет ничего, что было бы достойно ее!", мужчина предлагает себя.
Экзистенциальное самоотречение
Последний дар
Тот вечер в дождливом Лондоне завершил мои многолетние поиски. Я исходил континенты в погоне за идеалом — смотрел на горы Швейцарии, шедевры Лувра, сокровища индийских махараджей. Каждую драгоценность при свете дня я соизмерял с ней: бриллианты казались холодными осколками, статуи — оцепеневшей формой, а золото — мертвым металлом. И тогда ко мне пришло озарение: нет в этом мире предмета, жеста или идеи, чья красота могла бы приблизиться к сиянию её души.
Дрожащей рукой я написал записку: «Когда земные ценности рассыпались в прах, я приношу единственное, что не может обесцениться — себя. Мои несовершенства, верность и биение сердца станут последним даром». Так отчаяние в вещах превратилось в клятву натурой. Я стоял под её окном, понимая: именно в признании тотальной недостойности мира и родилась чистейшая форма любви — зерно собственной жизни, брошенное в бесплодную почву вселенского несовершенства.