Ни одно гениальное произведение никогда не основывалось на ненависти или презрении.

Этические основы творчества

Откровение в разгар войны

Я сидел в бараке Сопротивления, докуривая последнюю сигарету, когда услышал спор коллег. Они обсуждали новый памфлет, пропитанный ненавистью к оккупантам. Помню, как дрожал голос молодого поэта: «Только огонь гнева рождает великое!». В тот миг меня пронзила мысль – за долгие годы работы я ни разу не видел, чтобы шедевр вырос из презрения. Гофман, Достоевский, даже Рабле в своей сатире... их тексты дышали глубинным сочувствием к человеческой природе. Под перестук машинки я записал: ни одно гениальное произведение... Позже, работая над «Чумой», я намеренно избегал обличительного тона. Вместо ненависти к фашизму я показал людей в их борьбе – и это стало универсальной притчей. Зло можно изобличать только любовью к истине, иначе искусство теряет душу.

Когда рукопись попала к издателю, он удивленно поднял бровь: «Где же гнев?». Я просто улыбнулся, зная: творчество должно лечить, а не калечить. Позже критики говорили, что мощь романа именно в отсутствии озлобленности. Как зеркало, он отражал человечество без искажений ярости. Сейчас, глядя на современные творения, выросшие из ненависти, я убеждаюсь: их блеск иллюзорен, ведь настоящее искусство созидает даже когда изображает тьму.