Гениальность и сердечная доброта как высшие человеческие достоинства
Это случилось осенним вечером 1854 года. Бродил по набережной Сены, размышляя, почему одних людей чтут веками, а других забывают сразу после смерти, и случайно увидел Виктора Гюго, замершего у книжной лавки. Он разглядывал старинный фолиант и портрет беспризорника на соседней стене. Я осмелился заговорить, и он удивился моей умной догадке: истинная ценность человека - не в титулах или богатстве. Горячим и страстным, каким запомнил его потом в «Отверженных», он сказал: великая сила науки живёт в гениях, меняющих мир, а доброта сердечная – как маяк во мраке зла; всем остальным можно лишь удивляться, но только этим двум достоинствам стоит преклоняться. Так наблюдение за болью человеческой и светом великих умов слилось в нём за одну прогулку в бессмертную истину.