Парадоксы восприятия времени
Вечер опустился на Лондон, как старинный полустертый оттиск, окутывая улицы серой дымкой, когда мы сидели в нашей любимой таверне. Горечь старых потерь, как это часто бывало на таких сборищах, давила сильнее обычного. Кто-то с тоской глядя на пляшущие языки пламени, проронил о молодых мечтах, рассыпавшихся прахом. Чарлз, тихо слушавший с мрачной сосредоточенностью, вдруг вздрогнул, как будто к нему прикоснулась незримая рука вечности. Его взгляд, устремленный вдаль сквозь запотевшее стекло, видел не шумный город, а саму суть мимолётности. Мы узнали этот особый свет озарения в его глазах.
Душевная тяжесть за столом была почти осязаемой, прошлое — те утраченные возможности и ушедшие друзья — лежало на нас тяжёлым грузом. И тогда, как тонкая стрела, пронзающая туман, прозвучала его мысль. Чарлз тихо произнёс: «Будущее, будучи всем…» — он сделал паузу, поворачивая к нам лицо, — «воспринимается ничем; прошлое, будучи ничем…» — его пальцы сжали стакан, — «воспринимается всем!» Это был не просто афоризм, а крик души, осознавшей страшную иррациональность чувства. Будущее — безбрежное пространство возможностей — представлялось нам туманным небытием именно из-за своей неопределённости, тогда как прошлое, эти иллюзорные тени, оставаясь лишь воспоминанием, давило всей реальностью утраченного и невозвратимого. В его глазах читался ужас и восторг от этого открытия вечной игры сознания со временем.