Природа зла в контексте смерти и её последствий
Когда я, Августин, размышлял над страхами, терзающими род человеческий, меня не отпускала мысль о вездесущем ужасе смерти. Люди плачут по усопшим, дрожат перед конечностью, видят в кончине абсолютное зло. Но однажды, погруженный в Писание, я узрел иную истину: собственно смерть — лишь переход, мгновение. Настоящий ужас не в самом факте прекращения земного бытия, а в том, что ждет по ту его черту. Для тех, кто отвернулся от вечного света, смерть распахивает врата вечного разлучения от Бога — мучительного отсутствия Его присутствия, что и есть истинная суть зла. Для праведников же, чье прибежище в Господе, кончина есть лишь врата к превосходящему всякое разумение блаженству. Так родилось во мне ясное понимание: смерть не есть зло сама по себе — она обретает характер зла исключительно от того вечного состояния пустоты или абсолютной полноты, которое неизбежно настигает человека за её порогом.