Законы умирают, книги - никогда.

Бессмертие идей, запечатленных в книгах, в противовес преходящей природе человеческих законов.

Хроника Мыслей: Бульвер-Литтон и Вечность Книг

Кажется, идея родилась поздно вечером в моем лондонском кабинете. Я корпел над томами древних статутов, сравнивая мудрость Солона с современными парламентскими актами, которые только вчера казались незыблемыми, а сегодня уже забыты или заменены. Стены были плотно уставлены полками — моими спутниками в исторических размышлениях. Взгляд скользнул с пыльных фолиантов судебных уложений римской империи, ныне лишь музейных экспонатов, к ветхому экземпляру Гомера и первому изданию Шекспира. Именно тогда меня осенило с потрясающей ясностью: законы творения человеческого — сметаются натиском нового времени, политической волей или простым безразличием, они немы вне стен дворцов и битуа судей. Но книги! Они дышат живой жизнью даже столетия спустя. В них мысли гениев становятся бессмертными, не подвластными тлену. Целые цивилизации рушатся вместе со своими сводами правил, а поэмы Сафо и сила слов Цицерона — остаются, переживая тысячелетия. Это была судьбоносная мысль о том, что эпохи обращаются в прах, но фолиант хранит истину вечно. Он бессмертен, пока его открывает хоть один ищущий ум.