Классика - это не обязательно то, что совершенно; это просто значит, что человеку время от времени удается сделать нечто прекрасное.

Переосмысление природы классики

Мгновение, которое собрало меня по частям

Стоя у окна парижской мастерской в конце 1880-х, я уставился на выцветший том Шекспира, этот «непогрешимый» эталон. «Корифеи требуют совершенства, — проворчал я вслух, — а я создаю отрывисто, вспышками». Именно тогда в меня словно ударила молния: ведь имя мое — Ренар, от «renard», лис — хитрого зверя, чьи следы нельзя поймать в идеальную линию. Классика вовсе не парадный бюст без изъяна! Это след моих когтей на влажной глине — шероховатый, живой. Когда дёргается рука, и рождаются те единственные строки в дюжине неудач, где дух вырывается из плена формы.

Потом, усмехнувшись, я записал это в дневник, глядя, как ветер треплет страницы с черновиками. Ведь искусство не музейный экспонат за стеклом — это дрожь руки крестьянина, вдруг вырезавшего из коряги лик святого. Истинная красота, ставшая классикой, не любит правил. Она приходит как озарение, когда человек, спотыкаясь о свои несовершенства, нечаянно касается вечности. Пусть назавтра это повторить не сумеешь — несколько строчек уже кричат миру твое имя.