Все труды человека - для рта его, а душа его не насыщается.

Тщетность материальных усилий перед духовной ненасытностью

Рождение истины в пыльном Иерусалиме

Сидел я однажды у городских ворот Иерусалима, наблюдая, как люди несут корзины с хлебом, гонят откормленных быков, везут сосуды с вином. Каждый спешил на рынок продать плоды своих трудов. Рыбак с потрескавшимися руками тащил сети, гончар — горшки идеальной формы, земледелец — мешки зерна. Вечером те же люди возвращались: их рты были сыты, животы полны, но глаза... О, эти пустые глаза! Как бусины из облачного стекла. Я видел, как купец, сосчитав выручку, бесцельно бродил по площади; как воин, вернувшийся с добычей, пил вино в одиночестве у костра. Все они кормили свои тела, но их души тосковали безутешно — будто птицы в позолоченных клетках. В тот миг меня осенило: человек способен насытить желудок, но никогда — ненасытное эхо внутри себя. Так родились эти слова.