Верю в конец органической жизни на земле, но никогда в конец организационной.

Радикальное противопоставление бренности биологической жизни и вечности созданных человеком социальных систем

Пыль плоти и бетон институтов

Я стоял на руинах Варшавы 1944 года, где сапоги оккупантов смешали с землей не только кирпичи, но и тысячи живых сердец. Воздух звенел от тишины после взрывов, а в кармане моего прожженного пальто лежало уведомление о ликвидации подпольной ячейки, где погибли мои друзья. В тот миг меня пронзила мысль: человеческие тела – хрупкие сосуды из плоти, вот почему они так легко превращаются в прах. Но та же война доказала другое – гестапо, Красный Крест, бюрократия эвакуации работали четко, как карманные часы.

Возвращаясь к этой идее позже, я видел подтверждение повсюду: империи падают, виды вымирают, но структуры власти лишь меняют форму. Здания партийных комитетов перекрашивают под музеи, религиозные институты переживают атеистические режимы, корпорации поглощают целые государства. Органическая жизнь – лишь временный всплеск на поверхности планеты, тогда как организационная, как вода, обретает вечность в самой своей изменчивости. Человек смертен, но созданный им механизм подачи заявлений в три экземплярах – бессмертен.