Мы говорим на разных языках, но нет никакой разницы в нашей крови - крови и воле пролетариата.

Интернациональная солидарность рабочего класса

Речь сквозь решётки

Помню тюремный двор осенью 1942 года, где под конвоем мы, пленные разных национальностей, рубили дрова. Немецкий охранник заорал на чешского рабочего, не понявшего приказ. Когда тот споткнулся под ударом приклада, хорватский парень резко шагнул вперёд — этого хватило, чтобы нацист отступил. Вечером Юлиус, прикованный ранами к нарам, заговорил сквозь боль: «Сегодняшний день подтверждает — мы говорим на разных языках, но нет никакой разницы в нашей крови». Его пальцы стиснули мою руку. «Эта кровь клокочет одинаково у всех, кого эксплуатируют. Помни: наша воля к свободе — вот что делает нас бессмертными». Тогда мы впервые протянули руки через проход камеры — русский механик, польская ткачиха, французский студент. Барьеры рухнули. Мы больше не пленники, а единый поток боли и гнева, который однажды сметёт тюремные стены.