Сущность экономической свободы как выбора с риском
Я шел по венской улице 1930-х, наблюдая закрывающиеся лавки — последствия кризиса и нарастающего государственного контроля. В кафе встретил старого друга-социалиста, восхищавшегося плановой экономикой. На его слова «Нам нужна безопасность, а не азарт рынка» я вспыхнул: настоящая экономическая свобода — это не гарантия успеха, а право пробовать. Помню фермера из своей юности, рискнувшего вырастить новый сорт винограда. Он мог разориться, но выбрал риск — и создал лучшее вино региона. Государство, устраняя риск, убивает творческую силу выбора. В тот вечер я записал: экономическая свобода жива там, где человек сам решает и несет бремя последствий — будь то прибыль или крах. Эта мысль потом стала ключом к моей критике тотального регулирования.