Чем выше парит в небесах могучий орел, тем дольше он вынужден отдыхать на земле.

Закономерность чрезмерных усилий и восстановления

Горное прозрение Дюма

Помню, как в 1843 году мы с Дюма поднимались к перевалу в Пиренеях. Александр вдруг остановился, завороженно глядя в небо. Над пропастью парил исполинский орел, поднимаясь кругами к облакам. Мы замерли, потрясенные его дерзким полетом. Но когда хищник растворился в поднебесье, писатель не отводил взгляда. Через час орел спустился на скалу неподвижный, словно изваяние. «Смотри, — прошептал Дюма, — не менее часа он простоит так. Точно сломанный штормом мачтовый флаг». Я удивленно спросил почему. Дюма развел руками: «Беспощадная арифметика жизни. Чем выше взлет — тем глубже падение в усталость. Этот царь неба заплатил за высь всей своей мощью». Тогда он впервые произнес ту самую фразу, записанную позднее в его дневнике.

Позже, работая над «Графом Монте-Кристо», Дюма рассказывал мне, как образ орла символизировал для него человеческие свершения. Он считал, что Эдмон Дантес, достигнув вершины мести, был подобен тому пернатому исполину — триумф требовал столь же долгого исцеления души. Философский парадокс прост и гениален: великие победы незаметно оборачиваются великой уязвимостью. Природа мудрее людей — она заставляет орла отдыхать, тогда как человек часто забывает о цене полета.»