Противопоставление чувства меры и безмерного как сущности человеческой души и движущей силы преобразования мира
Однажды, блуждая по берегу Сены в Париже, я ощутил странное напряжение между величием готических соборов и строгим ритмом метро под ногами. На меня снизошло: человеческая душа вечно раздираема Аполлоном и Дионисом! Эллада подарила нам каноны красоты, где каждый изгиб статуи — гимн равновесию. Но мой двадцатый век бурлит паровозами и манифестами. Как поэт я чувствовал этот гул в крови — страсть вырваться за пределы, разорвать оковы условностей. Мы больше не хотим повторять мраморы Праксителя, мы жаждем выковать новый мир, где каждый ребёнок будет Аполлоном, а каждый старик — Софоклом! Это не фантазия. Разве солнце спрашивает разрешения светить? Человек — такое же светило, и его чувства вращаются вокруг него как планеты, неся на Землю то гармонию, то ураганы перемен.
Сидя в кафе «Де Маго», я глотал крепкий кофе, и буквы сами ложились на бумагу. Холодная античная мера и горячее безмерье современности — они не враги. Это ритм нашего пульса, крылья единой птицы. Официант удивился, увидев, какой восторг вызвал у меня счёт: числа на бумаге лишь подтвердили — мир можно пересчитать и одновременно пересоздать. Быть Гёте и Байроном в одном лице — вот назначение человека грядущих дней!