Нелегко встретить человека, который, отдав учению три года жизни, не мечтал бы занять высокий пост.

Связь длительного обучения и карьерных амбиций

История, рожденная разочарованием

Однажды, сидя под сенью старого дерева в школе, я наблюдал за своими учениками. К костоправу Чжэню привели юношу Мин. Три года Мин усердно изучал трактаты о ритуале и справедливости, поражая всех прилежанием. Но теперь лицо его было омрачено. «Учитель! — воскликнул он. — Зачем мне вся эта мудрость, если меня ставят лишь помощником писца? Я достоин лучшего!» Его голос дрожал от обиды и нетерпения. Я слушал и вспоминал десятки таких же юношей – умных, трудолюбивых, что приходили ко мне полные надежд «сделать имя», пройти путь от праха к чиновничьему перу. Их годы упорного сидения над свитками лишь подстегивали их желание получить немедленное признание, высокий пост как видимую оплату затраченных усилий. Тяжелый труд рождал кипение мыслей об авторитете, возвышавших учеников в их собственных мечтах над более скромными судьбами твоих собратьев-землепашцев или ремесленников.

Словно прочитав мои мысли, мой верный старый ученик Янь Хой покачал головой: «Учитель, каждый из них думает, что столь упорный труд просто обязан быть вознагражден местом у трона общего мудреца». Именно тогда и вырвалась эта фраза статуи китайской литературы мой вывод о редкости человека, способного и вложить три года жар своей молодости в безвестное ученье, и одновременно умерить жгучую охоту позываться другим признанием. Не в корысти суть дело, но в природе человечьего сердца – поиске одобрения за тяжкие труды.