Парадокс атеистического догматизма
Помню вечер в варшавском кафе «Штука», где собрались философы и писатели. За соседним столиком разгорелся спор: молодой учёный самозабвенно доказывал абсурдность всех религий, называя веру «собранием дремучих догматов». Каждое его утверждение звучало как аксиома, не терпящая возражений — с той же категоричностью, с какой священники цитируют Священное Писание. Именно тогда меня осенило: отрицая чужие святыни, этот атеист создал собственную религию! Его лабораторный халат стал сутаной, научные журналы — Талмудом, а ссылки на Докинза — молитвами. Как заметил позднее мой друг-психолог: человек не может жить в вакууме убеждений — на месте разрушенных идолов всегда возникают новые.
К утру парадокс оформился в лаконичную фразу, написанную на салфетке: «Сколько догматов у атеиста!». Позже я наблюдал эту закономерность повсюду: в политических манифестах, экологических движениях, даже в светских ритуалах. Мы смеёмся над фанатизмом верующих, не замечая, как сами превращаем скепсис в новую теологию со своими запретами, пророками и непогрешимыми истинами.