Положительная сущность догматизма в творческом процессе
Сидел я в своем кабинете, утопая в книгах, когда вновь услышал обвинение: «Вы, Бердяев, догматик!». За окном бушевал послереволюционный хаос, а интеллигенция, как всегда, разрывалась между вседозволенностью и отчаянием. Вдруг озарение: то, что они называют моим упрямством — не ограниченность, а стержень. Я вспомнил художников, ломающих каноны — разве не фанатично они горели идеей? Увидел истину: творческий акт требует бескомпромиссного выбора из бездны возможностей. Без этой дерзкой «догмы», этой внутренней цельности, дух распыляется. Догматизм не враг свободы — ее огненное ядро! Так родились слова, где клеймо превратилось в похвалу созидающей воле.