Мы называем их дикарями потому, что их нравы отличаются от наших, которые мы считаем верхом учтивости; они думают то же самое о своих нравах.

Относительность моральных и культурных норм

Встреча с ирокезами

Стоя в знойный полдень 1753 года близ реки Огайо, наблюдал я встречу посланников Пенсильвании с вождями ирокезов. Наши джентльмены в париках смотрели с отвращением, как гости пили суп через общий ковш, а те, в свою очередь, едва скрывали смех при виде наших сложных поклонов дамоприсутственникам. Позднее, в душной каюте своего корабля, записывал я в дневник эти контрасты, размышляя о колониальных стычках: как легко мы клеймим «дикарями» тех, чьи обычаи попирают наши представления о приличиях.

Мысль пронзила меня позже, когда видел я, как седовласый старейшина ирокезов с искренним недоумением отверг наш «благопристойный» жест рукопожатия, узрев в нем попытку удержать дух собеседника внутри сомкнутых ладоней. Осенило меня тогда: то, что нам кажется верхом учтивости, для них есть глупость или кощунство, а их освященные веками обряды — в наших глазах лишь грубое бескультурье. Так родилась эта простая, но глобальная истина, прочертившая границу между наивной уверенностью в своем превосходстве и подлинным пониманием человечества.