Ограниченность влияния на других через призму трудностей самоизменения
Сижу у камина в поместье Ферне, наблюдая за спором маркиза де Шарму с дочерью — снова пытается вылепить из нее светскую львицу. Вспоминаю свои юношеские клятвы: побороть упрямство, освоить английский, укротить гнев. Десять лет ушло лишь на то, чтобы научиться слушать других! Если мне — с моей образованностью и книгами — так трудно выкорчевать корни своих привычек, то какие шансы у этого аристократа с его нравоучениями?
Сплюнув в огонь вишневую косточку, ловлю озарение: вся история человечества — это попытки перестроить других. Короли меняют законы, проповедники — души, мужья — жен. Но ясно вижу: пока человек не пройдет тернистый путь самоисправления, пока не захлебнется от горечи неудач в битве с собой — все его сентенции бесполезны. Как тогда воскликнул гостившему аббату: «Мой друг! Если в собственных потемках ты не нашел светильника — что ты несешь на чужие дворы?» Эта искра и вспыхнула в ту ночь знаменитой фразой.