Наши поступки менее добры и менее порочны, чем наши желания.

Контраст между внутренними побуждениями и внешними действиями в моральной природе человека

Как родилась истина о фундаментальном разрыве между человеком внешним и внутренним

Я сидел в полумраке своей парижской квартиры, разбирая вчерашние записи судейских слушаний. Прославленный благотворитель аббат Мерсье, обласканный светом за щедрость к беднякам, признавался в тайной ненависти к тем, кого содержал. Одевавшийся в аскетичное судья Теллье озвучивал в протоколах похотливые фантазии, которых хватило бы на бордель. Папка за папкой открывала пропасть: люди методично приглушали свои желания — ужасающие или возвышенные — словно пряча грешный пламень под сосудом праведности. Днем позже, наблюдая юную аристократку, что брезгливо отстраняла плачущего нищего при свидетелях, но украдкой сунула ему кошелек со всем золотом, я понял истину. Наши поступки лишь пенал, куда мы загоняем буйство своих замыслов: страх осужденья, лень, общественные кандалы давят внутренний вулкан. Сколько святых таили адское высокомерие, а тираны хранили тома невоплощённой нежности! Мир держится на этом противостоянии: будь наши деяния равны трепету души — либо эдем воцарился бы на земле, либо она сгорела дотла.