Стремясь сбыть с рук самое лежалое, купец показывает товар лицом: он наводит на него лоск и подновляет его, чтобы придать ему свежий вид и скрыть изъяны; расхваливает, чтобы продать дороже настоящей цены; ставит фальшивые и таинственные клейма, чтобы все думали, будто платят настоящую цену; мерит незаконной мерой, чтобы отпускать меньше, чем следует. Зато в лавке стоят монетные весы, чтобы покупатель платил полновесным золотом.

Недобросовестные методы в торговле

Тени рыночных рядов

Однажды, бродя между шумных прилавков Парижа, я заметил купца, мастерски превращавшего ветошь в драгоценности. Он полировал потускневшую посуду, пока та не слепила глаза, замазывал трещины на дереве восковой мазью и навешивал на товар ярлыки с нечитаемыми знаками — будто то были королевские печати. В его сладких речах залежалый хлопок обретал изнанку китайского шёлка. Но когда доверчивый покупатель протягивал монеты, этот же купец тут же доставал ювелирные весы, словно воплощение честности.

В наблюдаемых уловках открылась мне горькая правда торговли: создавать иллюзии выгодно. Люди редко сомневаются в блестящей поверхности или авторитетном клейме, забывая проверить меру аршина. Продавцы же притворяются бережливыми хранителями чужого кошелька, хотя только что обманули на стоимости и качестве. Эта двойная игра — гадать на доверии покупателя и карать его кошельки честными гирями — стала для меня символом вечного цивилизационного изъяна.