Бессмысленность страха смерти
В Саду, среди чарующих плетей винограда, ко мне пришёл юный ученик. Глаза его были полны ужаса: «Учитель, как жить в мире, зная о неизбежной погибели?» Я усадил его на каменную скамью, ощущая тепло афинского солнца. «Сын мой, — сказал я, обводя рукой пиршествующих друзей, — смерть ведёт хлопотливый счёт лишь глупцам. Прислушайся: сейчас ты слышишь цикад, чувствуешь терпкость вина? Вот единственная реальность — ощущение. Смерть же — не тьма и не мука, она не способна коснуться тебя стоящего здесь. Когда пришла она, тебя уже нет; если же ты есть — её нет. Страх перед небытием столь же пуст, как попытка услышать тишину в гуле моря.» Лицо юноши озарило понимание — рождалась та истина, что освобождает философа от оков земного ужаса.
Позже я записывал эту мысль для всех сомневающихся: пока мы живы — смерти нет, а когда она наступает — нас нет. Поэтому вопли о вечных муках тщетны, ведь страдает лишь чувствующий. Смерть не касается ни боли, ни радости — лишь освобождает от обеих. Так под шелест папируса родилось учение, разорвавшее цепи страха для тех, кто осмелился думать без предрассудков.