И черт под старость в монахи пошел.

Неожиданное покаяние или поздно наступившее благочестие

Как чертово покаяние в селе родилось

Помню, в нашем селе жил старый кучер Пантелей, который всю жизнь славился скверным характером — пьянствовал, сквернословил и церковный порог не переступал. Когда же ему стукнуло семьдесят, он внезапно облачился в подрясник, отрастил бороду и начал каждый день стоять на службе в храме, громче всех подпевая хору. В кабаке только покачивали головами: «Видно, смерть испугался». Именно тогда наш дьячок, глядя на Пантелея, усмехнулся и произнес: «И черт под старость в монахи пошел». Эти слова мгновенно разлетелись по деревне — ведь они идеально описали показное благочестие тех, кто прожив жизнь в грехе, лишь на пороге смерти пытается «исправиться».

Смысл пословицы глубже простого лицемерия: она напоминает о природной склонности человека к позерству. Для Даля, записавшего это выражение, важно было уловить момент народной мудрости — набожность от страха смерти нередко выглядит жалкой пародией на веру. И сегодня эти слова звучат едкой насмешкой, когда политики лояльный устраивают покаянные интервью, а бизнесмены, нажившиеся на чужом горе, внезапно жертвуют на храмы. Правда жизни неизменна: истинное раскаяние лишено театральности, а «монашество» по расчету — лишь последняя уловка старого черта.