Взбунтовавшийся атеизм (абсолютный атеизм) ставит историю на место Бога и заменяет бунт абсолютным повиновением. Долг и добродетель для него суть не что иное, как полное подчинение и полное принесение себя в жертву святыне ненасытного становления.

Критика подмены религиозного поклонения слепым служением историческому прогрессу в радикальном атеизме

Замысел во время интеллектуальной бури

Сидел у окна парижского кафе после спора с марксистами, и меня осенило: их фанатичная вера в «непреложные законы истории» ничем не отличалась от религиозного догматизма. Они отрицали Бога лишь для того, чтобы обожествить абстракцию – Историю с большой буквы. Ведь что такое их требование полного самоотречения во имя «светлого будущего», как не священная жертва новому кумиру? Я увидел ловушку: бескомпромиссный бунт против небес оборачивался рабством у идола становления. Люди, сражавшиеся за свободу, сами возводили тюрьму из доктрин, где повеление партии заменяло Божий глас, а прогресс стал ненасытным Молохом.

Эта мысль выкристаллизовалась в годы холодной войны, наблюдая, как революционный пыл гаснет в бюрократическом послушании. Философы-материалисты, отвергшие трансцендентное, сотворили атеистическую теологию – веру в фатализм исторических сил. Их добродетель свелась к слепому служению процессу, где человек не хозяин, а горючее для машины времени. Ирония? Самый дерзкий бунт породил новую форму духовного рабства.