Внутренняя работа над собой как основа противостояния злу
Легион устало роптал в палатках, когда я записывал эти слова, глядя на виноградный свиток при свете масляной лампы. Только что закончил разбор десяти дел о воровстве и один — о дезертирстве. Но удивительнее обвинений был их мотив: каждый клялся, что вынужден нарушить закон из-за мерзости других людей. Мясник винил контрабандиста, контрабандист – алчного сборщика налогов. Будто бы ветровая эрозия объясняла, почему самому недостаёт вытесать фундамент своей души. И тогда меня осенило: ледяной рассвет на римской границе станет точнее, если подтвердить эту мысль воском.
Завтра солдаты вновь будут проклинать дожди, требуций и гольтийский лук, хотя уже сто раз доказали невозможность управлять этим. Но при этом единственное, чем стоит занять руки – благо, позволяющее родиться каждому восходу в согласии между делом и совестью – остается забытым. Я трогаю выгравированную на фибуле гному: тот, кто признаёт внутреннего врага, обретает шанс выковать подлинную непобедимость, что недоступна вечно опоздавшему яростнику, ополчившемуся на мир.