Творец книги - автор, творец ее судьбы - общество.

Разделение творческой ответственности между создателем произведения и социумом

Как парижские салоны помогли Гюго понять судьбу книг

Я с трепетом наблюдал эту сцену в гостиной парижского салона 1830-х годов - мою только что изданную книгу передавали из рук в руки, словно святыню. Помню, как один аристократ, скользнув взглядом по титульному листу, пренебрежительно отложил том в сторону. Но следом молодой студент с горящими глазами воскликнул: «Это же зеркало нашей эпохи!» Именно тогда мне открылась простая истина: пока перо держит писатель, судьбу написанного вершат люди. Я мог годами вынашивать образы, оттачивать фразы, но стоило книге покинуть мастерскую - она попадала под суд улиц, салонов, поколений. Каждое «нравится» или «неприемлю», каждый спор о смыслах становились кирпичиками в здании её бессмертия. Так рождался парадокс: создав книгу как художник, я должен был смиренно принять, что её настоящее творение только начинается - в сознании тех, кому она не принадлежит.