Даже будучи совершенно свободной и невидимой, всё же и в наслаждении нужно быть хоть немного благоразумной.

Необходимость умеренности и самоконтроля в удовольствиях

Рождение афоризма: Вечер в богемном кафе

Весной 1925 года, сидя в шумном московском кафе, я наблюдал, как подвыпивший поэт, мой старый знакомый, восторженно рассказывал об «абсолютной свободе», которую обрёл после возвращения из Парижа. Его глаза блестели, жесты стали размашистыми, а слова — всё беспечнее. Жизнь для него превратилась в бесконечный карнавал без правил. Когда он воскликнул: Разрушай границы, Михаил Афанасьевич, ведь истинное наслаждение — в полной раскрепощённости!, я вдруг остро ощутил опасность этой философии. Именно в тот миг, глядя на его пошатывающуюся фигуру, я выговорил фразу, рождённую тревогой за тех, кто забывает меру: Даже будучи совершенно свободной и невидимой, всё же и в наслаждении нужно быть хоть немного благоразумной. Поэт замолчал, на его лице мелькнуло недоумение, а я понял — эти слова были не упрёком, а спасательным кругом, брошенным всем нам в бурное море соблазнов той эпохи.